Психологические приемы - «Психологизм романа “Преступление и наказание” Ф. М. Достоевского»

Психологические приемы

Символика


Для поддержания общего ритма романа Достоевский пишет таким же прерывистым, нескладным языком, в котором присутствует огромное количество предположений, оговорок, уступительных предложений. Одно слово - "вдруг" встречается на страницах романа около 560раз. Для описания внутреннего мира Родиона Раскольникова Достоевский использует весь арсенал доступных ему художественных средств. Чтобы описать его подсознание и чувства, Достоевский использует сны. В первый раз Раскольникову снится, как мужик - Миколка засек насмерть свою лошадь, а "он"- семилетний мальчик - это увидел, и ему стало до слез жалко "бедную лошадку". Здесь проявляется добрая сторона натуры Раскольникова. Это снится ему до убийства, очевидно, подсознание противится тому, на что он идет.

Второй сон Раскольников увидел после убийства. Ему снится, что он пришел на квартиру к убитой старушонке, а она спряталась за салопом, в углу своей комнаты, и тихонько смеялась. Тогда он вытаскивает "из петли топор" (сквозного кармана на внутренней стороне пальто, за который топорищем цеплялся топор) и бьет ее "по темени", но со старухой ничего не происходит, тогда он начинает "бить старуху по голове", но от этого она только сильней смеется. Здесь мы осознаем, что образ старухи будет преследовать Раскольникова до тех пор, пока он не обретет духовную гармонию. Похожий эффект оказывает на читателя маленькая деталь во время убийства. Старуху-процентщицу Раскольников бил обухом по голове, а Лизавету - ее сестру, кроткую и тихую женщину, - острием. В течение всей сцены убийства лезвие топора было обращено к Раскольникову и угрожающе глядело ему в лицо, как бы приглашая стать на место жертвы. "Не топор во власти Раскольникова, а Раскольников стал орудием топора". Убийством Лизаветы топор жестоко отплатил Раскольникову. В этом произведении есть очень много таких же деталей, которые мы, сознательно, не замечаем, а воспринимаем их только подсознанием. Например, числа "семь" и "одиннадцать", как бы преследующие Раскольникова.

Достоевский был мастером портрета, однако в стремительном ритме большинства его произведений портреты и описания остаются незамеченными, но образ, созданный ими, поразительно четко вырисовывается в нашем сознании. Например, описание старухи-процентщицы, вся выразительность которого достигается за счет уменьшительных слов: "Это была крошечная, сухая старушонка, лет шестидесяти, с вострыми и злыми глазками, с маленьким вострым носом. Белобрысые, мало поседевшие волосы ее были жирно смазаны маслом: Старушонка поминутно кашляла и кряхтела".

«Символ только тогда истинный символ, когда он неисчерпаемо беспределен в своем значении. Он многолик, многосмыслен и всегда темен в своей глубине.»

Д. Мережковский.

Особенность символа состоит именно в том, что ни в одной из ситуаций, в которых он используется, он не может быть истолкован однозначно. Даже у одного и того же автора в одном произведении символ может иметь неограниченное количество значений. Именно поэтому и интересно проследить то, как изменяются эти значения в соответствии с развитием сюжета и с изменением состояния героя. Примером произведения, от заглавия до эпилога построенного на символах, может служить “Преступление и наказание” Ф. М. Достоевского. Уже первое слово — “преступление” — символ. Каждый герой “переступает черту”, черту, проведенную им самим или другими. Словосочетание “преступить” или “провести черту” пронизывает весь роман, “переходя из уст в уста”. “Во всем есть черта, за которую перейти опасно; но, раз переступив, воротиться назад невозможно”. Все герои и даже просто прохожие объединены уже тем, что все они “сумасшедшие”, т. е. “сошедшие” с пути, лишенные разума. “В Петербурге много народу, ходя, говорят сами с собой. Это город полусумасшедших... Редко где найдется столько мрачных, резких и странных влияний на душу человека, как в Петербурге”. Именно Петербург — фантастический город А. С. Пушкина и Н. В. Гоголя — с его вечной “духотой и нестерпимой вонью” превращается в Палестину, ожидающую прихода Мессии. Но это еще и внутренний мир Родиона Раскольникова. Имя и фамилия главного героя не случайны. Достоевский подчеркивает то, что герою “не хватает воздуху”. “Родион” означает “родной”, но он и Раскольников — раскол, раздвоение. (Раздваивается и город: реальные улицы и мираж, фантастика, “Новый Иерусалим” и “Ноев ковчег” — дом старухи.) Слово “Раскольников” употребляется и как нарицательное, ведь Миколка тоже “из раскольников”. Вспоминается герой сна Раскольникова — и вот уже все повествование оказывается опутанным трепещущей сетью символов. Цвет у Ф. М. Достоевского символичен. Самый яркий здесь цвет — желтый. Для М. А. Булгакова это тревога, надрыв; для А. А. Блока — страх; для А. А. Ахматовой это враждебный, гибельный цвет; у Ф. М. Достоевского он желчен и злобен. “А желчи-то, желчи в них во всех сколько!” Этот “яд” оказывается разлитым везде, он в самой атмосфере, а “воздуху нет”, только духота, “безобразная”, “страшная”. А в этой духоте Раскольников бьется “в лихорадке”, у него “озноб” и “холод в спине” (самое страшное наказание ада — наказание холодом — “страшный холод охватил его”). Выбраться из кругов ада можно только по лестнице, поэтому Раскольников (кроме блуждания по улицам) чаще всего находится на пороге или движется по лестнице. Лестница в мифологии символизирует восхождение духа или его нисхождение в глубины зла. Для А. А. Ахматовой “восхождение” — счастье, а “нисхождение” — беда. Герои “мечутся” по этой лестнице жизни, то вниз, в бездну, то вверх, в неизвестность, к вере или идее. Петр Петрович “вошел с чувством благодетеля, готовящегося пожать плоды и выслушать весьма сладкие комплименты. И уж конечно теперь, сходя с лестницы, он считал себя в высочайшей степени обиженным и непризнанным”, а его “круглая шляпа” — один из кругов ада. Но есть в романе и герой, “выбравшийся из-под земли”, но, выбравшись, Свидригайлов (как и все герои) попадает на улицу. Ни у одного из героев нет настоящего дома, а комнаты, в которых они живут и которые они снимают; комната Катерины Ивановны и вовсе проходная, а всем им “некуда пойти”. Все скандалы, которые происходят, происходят на улице, где люди ходят “толпами” (библейский мотив).Евангельские мотивы тоже обретают новое звучание в этом дьявольском городе. “Тридцать сребреников” превращаются в “тридцать копеек”, которые Соня дает Мармеладову на выпивку; под камнем вместо могилы Лазаря оказываются спрятаны украденные после убийства вещи; Раскольников (как Лазарь) воскресает на четвертый день (“четыре дня едва ешь и пьешь”). Символика цифр (четыре — крест, страдание; три — Троица, абсолютное совершенство), основанная на христианстве, мифологии и фольклоре, переходит в символику созвучных слов, где “семь” значит “смерть”, “узость” порождает “ужас”, а “теснота” переходите “тоску”.Живущие в таком мире, несомненно, грешники. Они привыкли врать, но “вранье” для них “дело милое, потому что к правде ведет”. Через вранье они хотят познать истину, веру, но попытки их часто обречены. Дьявольский смех “нараспашку” (а смеется дьявол, но не Христос) сковывает их, и они “скривляют рот в улыбку”, что делает еще более удивительным существование чистоты в грехе, чистоты, сохранение которой воспевает Ф. М. Достоевский. И страдания, перенесенные героями, лишь подчеркивают эту чистоту. Но Катерина — “чистая” — умирает, ведь надо быть мудрой (Софья) и прощать и веровать (в Родиона веруют Дуня и Софья). Устами Дуни, Родиона и Сони Ф. М. Достоевский восклицает (как Василий Фивейский): “Верую!” Этот символ поистине безграничен, ведь “во что веришь, то и есть”. Весь роман становится как бы символом веры, символом идеи, символом человека и прежде всего возрождения его души. Несмотря на то что “хрустальный дворец” — трактир, а не мечта Веры Павловны; а Христос не праведник, а убийца; на голове у него вместо тернового венца шляпа, а за полой рубища — топор, но в сердце его идея и святая вера в нее. А это дает право на воскрешение, ведь “истинно великие люди... должны ощущать на свете великую грусть”.


^ Желтый Петербург

Действие романа Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» происходит в Петербурге. Этот город много раз становился действующим лицом русской художественной литературы, но каждый раз это был новый город: то горделиво выставляющий на показ свои дворцы и парки — «полнощных стран краса и диво», как назвал его Пушкин, то — город трущоб и узеньких улочек — «каменных мешков». Каждый писатель видел и описывал город по-своему, в соответствии с той художественной задачей, которая стояла перед ним.
Петербург Достоевского — это отвратительные трущобы, грязные распивочные и дома терпимости, узкие улочки и мрачные закоулки — всевозможные Садовые, Гороховые, Столярные с тесными дворами-колодцами и темными задворками.
Главный герой романа Достоевского живет в доме на углу Средней Мещанской и Столярного переулка, которые расположились среди таких же «серединных улиц», с холодными угловыми домами, лишенными всякой архитектуры, где люди «так и кишат». Скитаясь по улицам Петербурга, Родион Раскольников сталкивается с картинами городской жизни. Вот большой дом в Таировском переулке, «весь под распивочными и прочими съестно-выпивательными заведениями; из них поминутно выбегали женщины, одетые как ходят «по соседству» — простоволосые и в одних платьях. В двух-трех местах они толпились на тротуаре группами... Подле, на мостовой, шлялся, громко ругаясь, пьяный солдат с папироской... Один оборванец ругался с другим оборванцем, и какой-то мертво-пьяный валялся поперек улицы». Еще один пьяный в телеге, запряженной ломовыми лошадьми. Раскольников оказался свидетелем сцены на Вознесенском мосту, этого «дикого и безобразного видения», когда женщина с желтым лицом бросилась в воду, и грязная вода поглотила свою жертву. На другом мосту — Николаевском — Раскольников получает удар кнутом в присутствии смеющихся людей. Блуждающий герой слышит ссору «писаришек» в городском саду, а в другой раз он видит толпу шумящих женщин с сиплыми голосами у распивочно-увеселительного заведения. Родиона ошеломляет сцена на Конногвардейском бульваре, где жирный франт преследует пьяную девочку, чтобы воспользоваться ее беспомощностью. Другая девочка, в старом затасканном одеянии, поет чувствительный романс под шарманку. В полицейской конторе содержательница дома терпимости защищает свой, по ее словам, «благородный дом». Все эти реалии создают суровый образ столицы. Людям нечем дышать: духота, зловоние лестниц и трущоб. На улицах Петербурга «как в домах без форточек». Людей давит теснота дворов-колодцев, подворотен, переулков, толкучек, сдавленного пространства кварталов.
Петербург в «Преступлении и наказании» — это уже не просто фон, на котором разворачиваются события, а своеобразное «действующее лицо» — город, который давит, душит, навевает кошмарные видения и внушает безумные идеи, больше похожие на бред. Еще одна черта Петербурга Достоевского — атмосфера раздражения и злобы, охватывающая многих. Люди здесь отчуждены друг от друга, обособлены от других, несмотря на тесноту. Это город, в котором живут униженные, раздавленные и оскорбленные. В нем душно и совершенно нечем дышать от вони, столь известной каждому петербуржцу, и грязи. Окружающая обстановка создает у человека чувство безысходности и озлобления. Кажется, будто в самом воздухе Петербурга растворена какая-то губительная и нездоровая страсть. И создается впечатление, что Петербург болен и больны, кто нравственно, кто физически, все его жители. И еще один компонент образа Петербурга у Достоевского — навязчивый желтый цвет, постоянно упоминающийся в романе. Этот цвет, как и особая музыка, сопровождающая скитания Раскольникова: тренькающая гитара, хриплое пение, нудное и тоскливое звучание шарманки, усиливает ощущение нездоровья, болезненности. «Преступление и наказание» создано при использовании фактически одного желтого фона. Мы видим желтые обои, желтую мебель, картинки в желтых рамочках на стенах в комнате У старухи, желтое от постоянного пьянства лицо Мармеладова, желтая, похожая на шкаф или на сундук, каморка Раскольникова с Желтенькими пыльными обоями. В комнате Сони все те же желтоватые обои, и в кабинете Порфирия Петровича также стоит мебель из желтого полированного дерева. Такие «желтые» детали подчеркивают безысходную атмосферу, в которой живут действующие лица романа. Он словно является предвестником каких-то недобрых событий в их жизни.
Сам по себе грязно-желтый, уныло-желтый, болезненно-желтый цвет вызывает чувство внутреннего угнетения, психической неустойчивости и общей подавленности.

Желтый Петербург, созданный Достоевским, создает удушливую, угнетающую атмосферу, которая сводит с ума Раскольникова. Противоречие в образе Петербурга- отражение противоречий в характере главного героя. Окружающая его обстановка очень гармонично сочетается с его поведением, его внутренним миром.

В романе Достоевский как бы сопоставляет два слова: «желчный» и «желтый», прослеживая взаимодействие внутреннего мира Раскольникова и мира внешнего, так, например, он пишет: «Тяжелая желчная улыбка змеилась по его губам. Наконец ему стало душно в этой желтой каморке». «Желчь» и «желтизна» приобретают, таким образом, смысл чего-то мучительно-давящего и угнетающего. Образ Петербурга становится не только равноправным с другими героями романа, но и центральным, значимым, он во многом объясняет двойственность Раскольникова, провоцирует его на преступление, помогает понять Мармеладова, его жену, Сонечку, процентщицу, Лужина и других персонажей.

Монологи

Фёдор Михайлович проникает в самые глубинные пласты человеческой психики, в возбуждённом состоянии у героев Достоевского обнажается вся неисчерпаемая сложность натуры, её бесконечная противоречивость. Это происходит как во сне так на яву. Вот, например, внутренние монологи Раскольникова:

«А куда же я иду? – подумал он вдруг. – Странно. Ведь я зачем-то пошёл. Как письмо прочёл, так и прошёл… На Васильевский остров к Разумихину я пошёл, вот куда, теперь… помню. Да зачем, однако же? И каким образом мысль идти к Разумихину залетела мне именно теперь в голову? Это замечательно»


«Боже – воскликнул он, - да неужели ж я в самом деле возьму топор, стану бить по голове, размозжу ей череп…буду скользить в липкой, тёплой крови, взламывать замок, красть и дрожать; прятаться, весь залитый кровью… с топором…Господи, неужели?»
Он дрожал как лист говоря это. «Да что же это я! – продолжал он, восклоняясь опять и как бы в глубоком изумлении, -ведь я знал же. Что я этого не вынесу, так чего ж я до сих пор себя мучил? Ведь ещё вчера, вчера, когда я пошёл делать эту …пробу, ведь я вчера же понял совершенно, что не вытерплю… Чего ж я теперь-то? Чего ж я ещё до сих пор сомневался? Ведь вчера же, сходя с лестнице, я сам сказал, что это подло, гадко, низко…Ведь меня от одной мысли наяву стошнило и в ужас бросило… Нет, я не вытерплю, не вытерплю! Пусть, пусть даже нет никаких сомнений во всех этих расчётах, будь это всё, что решено в этот месяц, ясно как день, справедливо как арифметика. Господи! Ведь я же всё равно не решусь! Я ведь не вытерплю, не вытерплю!… Чего же, чего же и до сих пор…» Эти монологи, я полагаю, нужны Достоевскому, чтобы показать сложность натуры, и то, как герой занимается самоанализом, и помочь читателю глубже узнать его внутренний мир.


Сны

В распоряжении Достоевского имелось огромное количество художественных средств, которые он с успехом использовал для раскрытия внутреннего мира Раскольникова.

Одним из таких приемов, которые позволили бы описать подсознание и чувства героя, стали сны. Первый сон Раскольникова стал своего рода выражением доброй стороны души Родиона. В этом сне он, будучи семилетним мальчиком, видит, как мужик Миколка насмерть засекает свою лошадь. Раскольников во сне видит это и ему становится до слез жалко несчастное животное. Этот сон снится Раскольникову до того, как он совершает убийства, и как будто выражает внутренний протест подсознания героя против того, на что он решается пойти.

Важно обратить внимание на отца Раскольникова во сне. Он всё время рядом с ним. Вроде бы и защищает его. Но когда убивают лошадь, мальчик переживает, страдает и мучается, отец не старается ее защитить, не предпринимает каких-то решительных действий, лишь уводит сына. Образ отца в этом сне олицетворяет Бога. Бога в душе Раскольникова. Он вроде бы и есть, всё время с ним, но ничего хорошего и полезного (по мнению героя романа) не делает. Происходит отторжение от отца- отторжение от Бога.

Сразу после совершения убийства Раскольников видит свой второй сон, в котором он приходит на квартиру к убитой старухе-процентщице. Старуха во сне прячется в углу комнаты и смеется, и тогда Раскольников достает из сквозного кармана на внутренней стороне своего пальто топор и бьет старуху по темени. Однако старуха остается жива, мало того, казалось бы, с ней вообще ничего не происходит. Тогда Раскольников начинает наносить ей удары по голове, но это вызывает у старухи только новую волну смеха. В этом сне автор показывает нам, что ощущение содеянного, образ убитой старухи теперь не отпустит Раскольникова, и будет преследовать его до того момента, пока он не обретет в душе гармонию с самим собой.

Автор уделяет большое внимание деталям произведения, которые могут помочь оказать то или иное воздействие на читателя. Так, в сцене убийства возникает похожий на описанный ранее эффект. Он достигается за счет того, что старуху-процентщицу Раскольников бил обухом по голове, а ее сестру Лизавету – острием. Однако, в течение всего времени, когда происходило убийство, лезвие топора Раскольникова было направлено исключительно на него, как бы угрожая и приглашая стать на место жертвы. "Не топор во власти Раскольникова, а Раскольников стал орудием топора". Но вот Раскольников убивает Лизавету, и тем самым получается, что топор все же сумел жестоко наказать Раскольникова.

Вообще, “Преступление и наказание” наполнено мельчайшими деталями, которые на первый взгляд не воспринимаем, но которые находят отражение в нашем подсознании. Примером таких деталей могут стать числа "семь" и "одиннадцать", которые на протяжении всего романа “преследуют” Раскольникова.

Не стоит обделять вниманием и тот факт, что Достоевскому удавалось мастерски давать портретные описания своих героев. Да, конечно, темп большинства его произведений задается настолько стремительный, что зачастую становятся незаметными те или иные “портреты” действующих лиц. Но, тем не менее, четкий образ, который рисует писатель, частенько надолго остается в нашем сознании и подсознании. Вспомним, к примеру, старуху процентщицу, образ которой задается во многом использованием уменьшительных слов: "Это была крошечная, сухая старушонка, лет шестидесяти, с вострыми и злыми глазками, с маленьким вострым носом. Белобрысые, мало поседевшие волосы ее были жирно смазаны маслом… Старушонка поминутно кашляла и кряхтела". Сам Петербург в романе представляет собой на удивление живой и яркий образ, который находится в постоянном взаимодействии с главным героем. А ведь этот образ создается всего лишь за счет нескольких достаточно коротких описаний.

Но вернемся ко снам Раскольникова. Самое большое значение для воплощения замысла романа “Преступление и наказание” имеет третий сон Раскольникова, который имеет место уже в самом эпилоге. Здесь автор вступает в неявный спор с Чернышевским, полностью отрицая его теорию “разумного эгоизма”.

В третьем сне Раскольникова мы видим, как мир погружается в атмосферу эгоизма, делая людей "бесноватыми, сумасшедшими", при этом, заставляя их считать себя "умными и непоколебимыми в истине". Эгоизм становится причиной непонимания, возникающего между людьми. Это непонимание, в свою очередь, влечет за собой волну стихийных бедствий, что приводит к тому, что мир погибает. Становится известно, что спастись из этого кошмара могут далеко не все люди, а только "чистые и избранные, предназначенные начать новый род людей". Очевидно, говоря об избранных, автор имеет в виду таких людей, как Соня, являющаяся в романе воплощением истиной духовности, избранные по Достоевскому – это люди, наделенные глубочайшей верой. Именно в третьем сне Достоевский говорит о том, что индивидуализм и эгоизм представляют для человечества реальную и страшную угрозу, они могут привести к тому, что человек забудет все нормы и понятия, а также перестанет различать такие критерии, как добро и зло.

^ Описание погоды

Чтобы более точно изобразить психологическое состояние человека,
Достоевский нередко прибегает к описанию погоды. Она иногда
расшифровывает, иногда только лишь намекает на состояние души
героя. И очень важно, что она служит созданию определённого
настроения у читателя настроения. Например, описание Петербурга,
перед самоубийством Свидригайлова.
«Молочный, густой туман лежал над городом. Свидригайлов пошёл по
скользкой, грязной деревянной мостовой, по направлению к Малой Неве.
Ему мерещилось высоко поднявшаяся на ночь вода Малой Невы,
Петровский остров, мокрые дорожки. Мокрая трава, мокрые деревья и
кусты и, наконец, тот самый куст… С досадой стал он
рассматривать дома, чтобы подумать о чём-нибудь другом. Ни
прохожего, ни извозчика не встречалось по проспекту. Уныло и
грязно смотрели ярко-жёлтые деревянные домики с закрытыми
ставнями. Холод и сырость прохватывали всё его тело, его стало
знобить. Изредка он наталкивался на лавочные и овощные вывески и
каждую тщательно прочитывал. Вот уже и кончилась деревянная
мостовая. Он уже поравнялся с большим каменным домом. Грязная,
издрогшая собачонка, с поджатым хвостом. Перебежала дорогу. Какой-то
мёртвенно пьяный в шинели лицом вниз лежал поперёк тротуара поглядел
на него и пошёл далее…» Невольно приходит в голову мысль: разве в такой обстановке может происходить что-то светлое, хорошее, радостное Оно и не происходит. Описание ненастной, неприятной погоды создаёт определённую
психологическую атмосферу, атмосферу предельного психологического
напряжения, часто страдания, душевной муки. Душевное состояние
героя сопоставляется с описанием погоды. В описании очень часто
употребляется слово «грязный», видимо, как душа Свидригайлова,
которая грязна, порочна. На душе у него «холод и сырость» И
читателю становится понятна сама причина самоубийства.


^ Речь героев

Речь героев Ф. М. Достоевского более важна, чем портрет. Важна сама манера говорить, общаться между собой и произносить внутренние монологи. Л. Н. Толстой считал, что у Ф. М. Достоевского все герои говорят одинаковым языком, не передавая своих индивидуальных душевных переживаний. Современный исследователь Ю. Ф. Карякин спорит с этим утверждением. Тот накал страстей, который выражается в этих спорах, не оставляет места для хладнокровного обдумывания. Все герои высказывают самое важное, самое сокровенное, самовыражаются на пределе, кричат в исступлении или шепчут в смертельном бреду последние признания. Что может служить лучшей рекомендацией искренности, чем состояние истерики, когда открывается твой внутренний мир? В кризисных ситуациях, во время скандала, в напряженнейших эпизодах, следующих один за другим, герои Достоевского выплескивают все, что накипело в душе. (“Не слова — судороги, слипшиеся комом”. В. Маяковский.) В речи героев, всегда взволнованной, невзначай проскальзывает то, что они больше всего хотели бы скрыть, утаить от окружающих. Этот прием, применяемый Ф. М. Достоевским, — свидетельство глубочайшего знания им человеческой природы. Скрепленные ассоциативными связями, эти намеки и оговорки как раз и выводят наружу все тайное, на первый взгляд недоступное. Иногда, напряженно думая о чем-то, герои начинают раскладывать на отдельные слова речь других персонажей, акцентируя свое внимание на определенных словах-ассоциациях. Наблюдая этот процесс, мы узнаем, например, что же по-настоящему гнетет Раскольникова, когда он из разговора Лизаветы и мещан выделяет лишь слова “семь”, “в седьмом часу”, “решайтесь, Лизавета Ивановна”, “порешить”. В конце концов эти слова в его воспаленном сознании превращаются в слова “смерть”, “порешить”, то есть убить. Что интересно: Порфирием Петровичем, тонким психологом-криминалистом, эти ассоциативные связи используются сознательно в разговоре с Раскольниковым. Он давит на сознание Раскольникова, повторяя слова: “казенная квартира”, то есть тюрьма, “порешить”, “обух”, заставляя Раскольникова все более волноваться и доводя наконец его до конечной цели — признания. Слова “обух”, “кровь”, “темя”, “смерть” проходят лейтмотивом через весь роман, через все разговоры Раскольникова с Заметовым, Разумихиным и Порфирием Петровичем, создавая особый психологический подтекст. “Психологический подтекст есть не что иное, как рассредоточенный повтор, все звенья которого вступают друг с другом в сложные взаимоотношения, из чего рождается их новый, более глубокий смысл”, — говорит один из исследователей Ф. М. Достоевского Т. Сильман. Порфирий Петрович, наверное, тоже так думает, он играет словами, заставляя Раскольникова признаться. В этот момент Раскольников получает тяжелую моральную травму, переживания не дают ему покоя, и он выплескивает все наружу. Цель Порфирия Петровича достигнута. Общий психологический настрой способствует выявлению сходства персонажей. Вот что говорит о проблеме двойничества известный исследователь Достоевского Топоров: “...то, что мы выделяем Раскольникова и Свидригайлова... строго говоря, дань привычке (в частности, к ипостасности)”. Итак, с помощью целой системы двойников происходит раскрытие главного героя Достоевского. Образы Сони, Дуни, Катерины Ивановны тоже пересекаются по ряду мотивов: например, самоотверженность свойственна всем трем. При этом Катерина Ивановна в высшей степени наделена еще и своеволием, а Дунечка и горда, и своенравна, и жертвенна. Она почти прямая копия брата — Родиона Раскольникова. Вот что говорит о них мать: “...смотрела я на вас обоих, и не столько лицом, сколько душою: оба вы меланхолики, оба угрюмые и вспыльчивые, оба высокомерные и оба великодушные”. Здесь также имеет место один из приемов характеристики персонажа, один из способов проникновения во внутренний мир героя: характеристика его другими персонажами. Но у Ф. М. Достоевского герои поясняют друг друга не только с помощью речи. Схожих действующих лиц Достоевский наделяет созвучными фамилиями. Говорящие фамилии — это прием, пришедший еще из классицизма, благодаря ему очень метко дается характеристика герою. Фамилии Ф. М. Достоевского под стать портретам. Целый ряд “хтонических” (Г. Гачев) персонажей наделен фамилиями, где явно просматривается слово “рог” (Ставрогин, Свидригайлов, Рогожин). Это какие-то бесовские атрибуты земного человека. В романах Ф. М. Достоевского фамилии персонажей даже по своему звуковому составу представляют собой уже характеристики. Мармеладов внутренне мягок, прозрачен, его фамилия “указывает на водяной состав — преобладают м, н, л — звуки сонорные, звонкие, женские, влажные” (Г. Гачев). Это тоже попытка проникновения во внутренний мир персонажа, но связи персонаж — читатель устанавливаются на подсознательном уровне. Ф. М. Достоевский не знает себе равных по количеству и, главное, по виртуозности использования приемов проникновения во внутренний мир героев.


^ Принцип антитезы

Антитеза - основной идейно-композиционный принцип "Преступления и наказания", заложенный уже в заглавии. Он проявляется на всех уровнях художественного текста: от проблематики до построения системы персонажей и приемов психологического изображения. Однако в самом использовании антитезы Достоевский часто демонстрирует разные методы.

Понятия преступление и наказание интересуют Достоевского не в их узком юридическом смысле. "Преступление и наказание" - это произведение, ставящее глубинные философские и нравственные проблемы.

Герои Достоевского никогда не изображаются однозначно: человек у Достоевского всегда противоречив, непознаваем до конца. Его герои сочетают в себе две бездны разом: бездну добра, сострадания, жертвенности и бездну зла, эгоизма, индивидуализма, порока. В каждом из героев есть два идеала: идеал Мадонны и идеал Содомский. Содержание "Преступления и наказания" составляет суд над Раскольниковым, внутренний суд, суд совести. Достоевский прибегает к приему двойного портретирования. Причем первый портрет, более обобщенный, обычно спорит со вторым. Так, до совершения преступления автор говорит о красоте Раскольникова, о его прекрасных глазах.

Но преступление не только запятнало его душу, но и оставило трагический отпечаток на лице. На этот раз перед нами портрет убийцы. В романе Достоевского спорят не герои, а их идеи. Таким образом, мы видим, что антитеза как художественный прием оказался очень продуктивен для двух крупнейших художников-реалистов, Толстого и Достоевского.



1364216757973479.html
1364339775432868.html
1364427565667820.html
1364602611431340.html
1364624891409532.html